В современном мире связность территорий и людей играет огромную роль. Поэтому постоянно разрабатываются новые, более быстрые и надёжные автомобили, поезда, суда морские и воздушные. Благодаря поезду мы с вами, например, можем купить билет в Москве и отмахать до Новосибирска около трёх тысяч километров всего за два дня. На самолёте этот путь по длительности сократится примерно до четырёх часов. Авиатранспорт позволяет нам увидеть сегодня открытку, подписанную близким человеком и находившуюся ещё вчера на другом конце страны…
К сожалению, с транспортом бывают связаны и печальные события, а именно аварии и жертвы в них. Каждая авария разбирается по косточкам, находятся её причины, и они учитываются при дальнейшем проектировании и использовании конкретного вида транспорта. Особенно строгие требования предъявляются к безопасности авиатехники. Это связано с тем, что почти в любой нештатной ситуации в небе пассажиры и экипаж воздушного судна имеют минимальный шанс на спасение. Впрочем, не будем далее озвучивать очевидное, и перейдём к главным вопросам статьи: «Почему падают самолёты компании боинг?» и «Как такое может допускать такая опытная и авторитетная компания?»
Как ни странно, поиск ответов на эти два главных вопроса очень прост, если знать, где искать. Примерно до середины 90-х годов прошлого века компания «Боинг» разрабатывала самолёты в лабораториях на чертёжных столах , затем по этим чертежам собирала макеты и испытывала, если можно так выразиться, «в натуре». Такой вид работы по проектированию и созданию самолётов был дорогостоящ и требовал значительного времени. Во-первых, «ручной» умственный труд занимал много времени, и требовал от компании наличия высококвалифицированных конструкторов и инженеров с большим практическим опытом работы, которым приходилось платить высокую зарплату. Во-вторых, сборка и испытание прототипа самолёта требовали наличия экспериментальной производственной базы, где изготовление деталей самолета ещё не было автоматизировано и требовало больших затрат на единичные экземпляры, испытательных стендов, опытных пилотов. Поясним. Самолёт состоит из сотен тысяч деталей, и хоть макет и проще, но собрать даже его — тоже непростая задача. В-третьих, если на каком-то этапе «ручного» умственного труда приходилось что-то менять, то менять, как правило, приходилось и дальше по цепочке опять же в ручном режиме.
Когда появились досточно мощные компьютеры и соответствующее программное обеспечение, многие «эффективные мэнэджэры» Боинга (и других компаний, тоже) вздохнули с облегчением, так как им стало проще управлять процессом создания (или модернизации) самолётов, а расходы при этом снизились. В конечном итоге, почти вся проектировочная и испытательная цепочки были «загнаны в цифру». Этот факт не является чем-то неожиданным, даже, напротив, совершенно логичным в картине капиталистического мира. Дело в том, что крупные авиастроительные компании запада (на сегодняшний день — Боинг и Эйрбас) находятся в состоянии жесточайшей конкуренции между собой и вынуждены экономить каждый цент. Выигрыш по лётно-экономическим характеристикам самолётов буквально в 2-3% у них является значительным конкурентным преимуществом, которое позволяет кому-то выжить, а кому-то — окончательно вытолкнуть конкурента с рынка. Что же в итоге?
В итоге мы с вами видим регулярно падающие самолёты боинга (ради справедливости стоит отметить, что падали и европейские эйрбасы). Это связано с тем, что данная авиакомпании вынуждена экономить на всём, чём только может. Например, на низкоквалифицированных программистах из Индии, не до конца проведённых лётных испытаниях, на проверке надёжности и эргономичности конструкции, отсутствии стендовых испытаний многих узлов и деталей и так далее.
Есть ещё одна причина, на которую нужно обратить внимание — цифровизация проектирования и испытаний. Дело в том, что никакая цифровая модель самолёта и его полёта не могут «перекрыть» натурные и дорогостоящие испытания. Поэтому при большом количестве самолётов и неба в целом какой-то недостаток конструкции, пропущенный моделистами «в цифре», обязательно рано или поздно вылезет и веско заявит о себе. Каков будет результат — только Богу известно…
Заключение. Боинги (и другие самолёты) будут регулярно, а не случайно, падать до тех пор, пока не прекратится жесточайшая конкурентная борьба не на жизнь, а на смерть между частными авиакомпаниями. Из-за этой борьбы авиакомпании будут стараться сэкономить каждую копейку — на натурных испытаниях, программном обеспечении, доведении до ума конструкции. Выход из этой ситуации может быть только один — взятие авиастроения под жёсткий государственный контроль, при котором новые самолёты будут допускаться к эксплуатации после настоящих и полноценных испытаний. В конечном итоге, это приведёт к переходу всех авиакомпаний под госуправление, а самолёты станут разрабатываться и строиться на совесть, а не по типу «и так сойдёт».